8 апреля 1812 г. Александр I объявляет Хельсинки (Гельсингфорс) столицей Великого княжества Финляндского.

ХЕЛЬСИНКИ ВОЗРОДИЛСЯ ИЗ ПЕПЛА И СТАЛ СТОЛИЦЕЙ

Всего спустя четыре года после разрушительного пожара Хельсинки становится столицей Финляндии. Для такого невероятного рывка потребовались политическая воля, благоприятная общественная атмосфера и умение убеждать.

Несмотря на то что до 1840 года Турку оставался самым крупным городом Финляндии, уже в XVIII веке главное военное руководство находилось в Хельсинки, под охраной Свеаборгской крепости. Даже после того как Финляндия стала частью Российской империи в 1809 году, не было никаких сомнений в том, что именно Турку будет столицей Великого Княжества.

Скромный замысел становится официальным предложением

Губернатор Уусимаа и Хяме Густав Фредерик Стьернвалл предложил перенести столицу в Хельсинки. 25 октября 1810 года Стьернвалл отправил письмо государственному секретарю Михаилу Сперанскому, изложив свою точку зрения на возможный перенос столицы и озаглавив письмо «Скромный замысел».

«Географическое расположение Хельсинки между новых и старых городов Финляндии, безусловно, выгодно. В городе находится прекрасный порт. Хельсинки мог бы стать не только столицей Великого княжества Финляндского, но и процветающим торговым партнером Европы», – размышлял Стьернвалл в своем письме.

Проблемой Хельсинки оставался уничтоженный пожаром 1808 года центр города. Но восстановление города открывало новые возможности.

«Нужно заново отстроить город из камня, чтобы он соответствовал своему статусу», – рассуждал Стьернвалл.

Мысль Стьернвалла получила поддержку у советника императора Александра I шведского финна Густава Морица Армфельта, который в ноябре 1811 года был председателем влиятельного Комитета по финляндским делам в Петербурге. В частых личных встречах с ним Стьернвалл обсуждал перенос столицы в Хельсинки.

План застройки определяет столицу государства

Время было благоприятным для перемен еще и потому, что Правительственный совет, а позже Великокняжеский сенат Финляндии, нынешний Государственный совет, находился в Турку до 1812 года. Теперь нужно было выбрать для этого органа управления новое место.

В Петербурге за обедом Армфельт изложил вопрос императору Александру II. «У меня сложилось впечатление, что император вник в суть дела и понял все правильно», – описывал эту встречу Армфельт.

Нашлись и противники переноса столицы. Начальник канцелярии Сената Карл Эрик Маннергейм, прадедушка знаменитого маршала, так размышлял над последствиями переноса столицы: «Будет ли Финляндии польза от слишком большой столицы?»

Еще один немаловажный фактор – безопасность: генерал-губернатор должен был находиться рядом с обороняемой границей. Турку располагался недалеко от неприятеля – Швеции.

Стьернвалл ответил на это возражение жестко: «Жителям Турку не следует считать свое положение исключительным, т. к. правительственные учреждения были расположены в Турку скорее случайно, нежели по необходимости».

Противники идеи становятся защитниками

Переломным моментом в «столичном» вопросе стали переговоры Стьернвалла и живущего в усадьбе Хуопалахти правительственного советника Йохана Альбрехта Эренстрёма в январе 1812 года. Эренстрём работал над новым планом застройки города. В северной части Большой площади, нынешней Соборной, было выбрано место под участок для строительства императорской резиденции. Стьернвалл написал письмо генерал-губернатору Фабиану Штейнгелю. В письме он настаивал на переносе столицы в Хельсинки.

Генерал-губернатор Штейнгель ответил длинным письмом, закончив его предположением, что империя едва ли возьмет на себя часть расходов по переносу столицы. Комитет по финляндским делам истолковал письмо Штейнгеля как согласие, хотя тон письма позволял трактовать его как форму неодобрения. Озабоченность Штейнгеля затратами объяснялась его нежеланием обременять государство расходами.

Противники переноса столицы похоже терпели поражение. «Но вряд ли мы с Вами доживем до того момента, когда Правительственный совет будет готов к переезду», - успокаивал Маннергейма его друг.

Идея одобрена императором

Император Александр I ознакомился с предложением о переносе столицы в Хельсинки 24 марта (12 марта по юлианскому календарю) 1812 года. Он одобрил эту инициативу, посчитав ее проявлением преданности императору.

Но вопрос все еще не был решен окончательно – отсутствовала подпись. Чтобы поддержать Армфельта, Стьернвалл прибыл в Петербург, захватив с собой составленный Эренстрёмом новый план застройки города. Также в делегацию попытались включить Карла Магнуса Линдхольма, который участвовал в разработке плана.

Император подписал рескрипт о назначении Хельсинки столицей Финляндии 8 февраля (27 марта по юлианскому календарю) 1812 года.

Императорскому указу подчинились, хотя в Турку он вызвал недовольство. Маннергейм сообщил о выходе из состава Правительственного совета. Губернатор Турку и Пори Кнут фон Троиль и епископ Якоб Тенгстрём начали плести интриги, чтобы воспрепятствовать переносу столицы.

Однако попытки вернуть столицу обратно в Турку не увенчались успехом, рескрипт Александра I остается в силе уже почти двести лет. 

Марко Маннила

Источник: Бломстедт Юрье, Путь Хельсинки к обретению статуса столицы // Прошлое Хельсинки VII. Хельсинки, 1963.